Kristina Fedorenko

Перед любовью бессильны ужас и мрак смерти.

Я предпочитаю красоту, которая не нуждается в лицезрении и проявляет себя в душевных качествах.

Жизнь в ее целом никогда не принимает смерти всерьез. Она смеется, пляшет и играет, она строит, собирает и любит перед лицом смерти. Только тогда, когда мы выделяем один отдельный факт смерти, мы замечаем ее пустоту и смущаемся.

Любовь возникает внезапно и безотчетно. Довольно одной привлекательной черты, чтобы поразить сердце и решить нашу судьбу.

Когда человек приближается к концу своего жизненного пути, он с грустью задает себе вопрос, суждено ли ему увидеть те манящие горизонты, которые расстилаются там, впереди? Утешением ему является то, что за ним идут молодые, сильные, что старость и юность сливаются в непрерывной работе для исследования истины.

Страстям мы обязаны, быть может, наибольшими победами ума.

На человека, которого довели до того, что он даже не боится быть смешным, столь же мало можно положиться, как и на преступника.

Надежда — единственное благо, которым нельзя пресытиться.

Когда дружба начинает слабеть и охлаждаться,— она всегда прибегает к усиленной вежливости.

Все, что мы теперь достоверно знаем из физики, было прежде облечено в догадки, и если бы никогда не допускались догадки, даже ошибочные, то мы бы не добыли ни одной истины.